Даже предварительные цифры голосования с абсолютной точностью зафиксировали эти итоги. Областные города и тем более города-миллионники, т.н. «закрытые города» и наукограды отдали «Единой России» в среднем по 25-36% голосов. Столько же или даже больше получает здесь КПРФ, чуть меньше – «Справедливая Россия».

Возьмём, скажем, Новосибирскую область. Сейчас там «Единая Россия» набирает около 36%, КПРФ – примерно 29%. В 2007 году у обеих партий на выборах было 59% и 16% соответственно.

Деревни и посад продолжают массово голосовать за партию власти. Вот типичный пример: в Кижингинском районе Бурятии пока безраздельно господствует ЕР, набирая 79,23% голосов. Но в среднем там получится 50-70% у ЕР.

Наконец, Северный Кавказ и Поволжье (это Татарстан, Мордовия, Марий-Эл) демонстрируют самую высокую явку (свыше 70%) и самый высокий результат «Единой России» – свыше 70%. К примеру, на этих выборах в Дагестане ЕР завоевала 85%.

Есть ещё и четвёртая страта – т.н. «подневольная Россия»: избиратели в СИЗО, армии, психбольницах, и т.п. Результат там предрешён всегда, и вот характерное доказательство этого тезиса: в Куртымашской психбольнице (Курганская область) партия власти получила 82,7%. Однако численность «четвёртой России» мала (2-3 млн. человек) и ей в наших подсчётах можно пренебречь.

Какие же качественные и количественные показатели демонстрируют первые три России?

Если совсем кратко о крупных городах: в большинстве своём люди там стали русскими европейцами. Какая-то их часть на полпути к этому – и станут они полноценными европейцами уже к следующим выборам через 5, в крайнем случае через 10 лет. Партия власти в нынешнем виде больше не будет там иметь успеха.

Численно эта категория составляет около 40 млн. человек (города с населением свыше 500 тысяч человек), или примерно 30% населения России.

Россия пассионарных национальных республик – это около 15 млн. человек, или 12%.

Остальная, третья Россия (деревня 27%, города с населением менее 500 тысяч человек)– это больше 55%. Но и эта страта неоднородна. К примеру, в эту категорию попадают наукограды – типа Дубны или Обнинска, там же – перманентно оппозиционный Калининград. Или – города-спутники Москвы (Мытищи или Химки). По сути, около одной пятой этой России надо относить в Россию первую. А это – убавление примерно 10-11%. И прибавление их – в городскую, европейскую Россию.

Получается, что европейская и полуевропейская Россия – это 40-42% населения страны (характерно, что эта цифра совпадает с числом россиян, знакомых с интернетом – около 50-60 млн. человек, из которых ядро – русские европейцы – 35 млн.). Россия деревенская и посадская набирает чуть больше – 44-45%.

У всех трёх Россий разные устремления. Условно и кратко их можно описать так: Европейская Россия хочет свободы, Россия деревенская и посадская думает о выживании, Россия нацменьшинств хочет единства страны и несменяемости курса – что позволяет людям там жить по своим законам, но на деньги федерального бюджета. Интересы этих трёх страт не пересекаются.

Можно быть уверенным, что сельская и посадская Россия со временем будет меняться ментально – молодёжь оттуда вымывается в большие города, старики умирают. Но сколько лет будет идти этот процесс, пока численно эта Россия станет существенно уступать Россия европейской? Несложные подсчёты показывают, что для перевеса «европейцам» не хватает минимум 8% – это около 11-12 млн. человек. Самые грубые прикидки дают, что для такого уменьшения второй России необходимо лет 10-12 – два электоральных цикла.

Собственно, Блог Толкователя уже писал, как качественно и ментально изменится Россия к 2024 году. «Пенсионерами к 2020 году времени станут те, кому сейчас 45-50 лет, к 2024-му – кому сейчас 37-40 лет. Многие из них успешны («вливаться в рынок» они начали в самом расцвете сил – в 90-е годы, когда им было 30-35 лет), но ещё больше тех, кто встретит старость больными и бедными».

В этой же статье мы показали, что в будущей России существенно вырастет доля «третьей России» – национальных меньшинств. «Существенно изменится национальное лицо России. Последняя перепись населения показала, что наивысшими темпами растёт население только на Северном Кавказе (ещё чуть-чуть – Татарстан). Так, за 8 лет с момента предыдущей переписи население Дагестана выросло на 15,6%, а Чечни – на 15% (т.е.рост почти 2% в год). Соответственно, нет причин полагать, что эти темпы упадут, и тогда к 2024 году Дагестан и Чечня прибавят к нынешнему уровню еще минимум 25%. Всего в СКФО сейчас проживают 9,5 млн. человек – в 2024-м, возможно, их будет около 12 млн. человек.

Но самую большую прибавку даст не Кавказ, а выходцы из Средней Азии. По разным оценкам, их уже России проживает не менее 6 млн. человек. А к тому времени прирост будет идти не только по линии миграции из Узбекистана, Киргизии и Таджикистана, но и по линии рождения детей теми мигрантами, кто уже обосновался в России. Опять же, нет никаких причин сомневаться, что вместо нынешних 6 млн. среднеазиатских мигрантов к 2024 году в стране будут проживать до 15 млн. мигрантов (и их потомков) из этого региона. Миллионы из них станут гражданами РФ и получат право голоса».

А это значит, что в реальности европейская Россия вновь не получит преимущества, которое она намеревалась обрести за счёт миграции и вымирания России сельско-посадской. Скорее всего, доля «европейцев» останется даже к 2024 году примерно на нынешнем уровне (около 40%). Зато с нынешних 12% до 20-22% вырастет Россия национальная. То есть три России будут иметь примерно такое соотношение: 40:40:20.

Вывод из этих подсчётов может быть только один: всем трём Россиям рано или поздно придётся садиться за стол переговоров и договариваться о создании коалиционного правительства с одной объединяющей идеей. На наш взгляд, эта идея может быть только одна: социал-демократия. Или другими словами Социальная Россия. В этой Социальной России будет применимы идеи всех основных политических партий страны. «Единая Россия» может дать идею сильного государства и ответственного бизнеса, КПРФ – социальной справедливости, «Справедливая Россия» – местного самоуправления, «Яблоко» – свобод для всех меньшинств (от инвалидов до гомосексуалистов). Даже ЛДПР в такой правительственной коалиции нашлось бы место – её идеям о порядке.

Кстати, 4 декабря выборы проходили не только в России, но и ещё в одной постсоциалистической стране – Хорватии. С большим перевесом там победила коалиция Kukuriku («Кукареку») во главе с оппозиционной Социал-демократической партией (СДП) Зорана Милановича: она получит 83 депутатских мандата из 151. Находящаяся восемь лет у власти партия правоцентристского толка «Хорватское демократическое содружество» (ХДС) премьер-министра Ядранки Косор получает лишь 40 мандатов.

Хорватия демонстрирует пример и того, как можно законодательно соблюсти права национальных меньшинств – за ними закреплено 8 мест в парламенте (в том числе 3 – за сербами). Национальные меньшинства там составляют 10%. Возможно, и в России для национальных меньшинств был бы применим хорватский метод (развеяв их страхи по ущемлению прав «третьей России»).

Источник